вторник, 2 февраля 2016 г.

Вам,родители!             

Не буду просить прощения!

Все родители – манипуляторы. Все дети – манипуляторы. Мы все – манипуляторы. Это факт. Об этом нередко пишут психологи, с опорой на серьезные научные теории и исследования. А мудрая сказочница Софья Прокофьева рассказала об этом интересно и глубоко в своей сказке «Не буду просить прощения!»(0+)

Мальчик Вася ссорится с мамой. Малыш хочет лошадку-качалку, а мама просит его подождать немного, потому что сейчас нет денег на эту покупку. «Ну да, нет денег! – с обидой закричал Вася. – На сахар есть. На котлеты есть. И на картошку, и на морковку… А на самое главное у тебя нет. Просто ты жадничаешь! Да!» В ответ Вася слышит требование немедленно попросить прощения. Но мальчик надевает пальто и уходит из дома искать новую маму.
Вот они, два ярких примера взаимной манипуляции в этом сложном и тончайшем в настройке тандеме «мама-ребенок»: «Я умру, и вы все поплачете!» – «Проси прощения, а не то…» Так все просто и так невыносимо трагично. Но вдруг оказывается, что манипуляция сама по себе автору совсем не интересна. На этом экспрессивном моменте автор обрывает конфликт и развертывает глубокую и прозрачную педагогическую «методику» его решения, которую можно назвать «дай ребенку самому понять свою ошибку». Вася обидел маму, и в город пришли Великие Холода, – так начинается большое путешествие мальчика по огромной стране под названием «опыт». А помогают Васе в этом путешествии старичок-волшебник и его не в меру шкодливый кот.

Васе, скорее всего, лет пять ‒ пять с половиной, потому что его логика подсказывает ему, что если просить прощения стыдно, то надо просто заменить объект неприятного воздействия, и все встанет на свои места. Хорошо нам всем знакомый психологический ход: закрою глаза, и вот, меня уже никто не видит – спрятался! Закрыть глаза, однако, у Васи не совсем получается. Первая новая «мама», хозяйка длинной собаки таксы, оказывается не так уж и хороша (несмотря на собаку!), потому что вдруг превращается сразу в восемь гиперзаботливых мам, которые наперебой принимаются воспитывать Васю.

«Столько мам человеку не нужно. Ведь маму любить надо», – рассуждает мальчик и отправляется на поиски следующей мамы. Ею оказывается добрая продавщица мороженого, которая была еще и «умной продавщицей мороженого»: она понимает, что Вася выбрал ее только лишь из-за любви к этой сладости. «А может, ты меня из-за мороженого в мамы хочешь? Обидно мне это», – говорит она. И Васе становится стыдно. Первый раз за все наше знакомство с ним. И кажется, что мальчик уже все понял и вот-вот вернется домой. Но урок еще не подошел к концу.


Вася продолжает поиски и встречается с мамой-обманщицей в образе Лисы и с безответственной мамой-Медведицей. Ни одна из них не подходит Васе. «Ты думаешь, мамой легко быть? Да разве мама обманывает? Не выйдет из тебя мамы!», – говорит он Лисе. А уснувшая Медведица, конечно уже не услышала Васино: «А моя мама всегда вперед меня уложит, а потом сама ложится».
Вот и первые настоящие выводы. Но являются ли они целью истории, затеянной Прокофьевой? «Не буду просить прощения» – книжка многоуровневая, имеющая несколько слоев прочтения и понимания. «Малышовый» слой содержит в себе так необходимую крохам четкую, понятную и ясную инструкцию поведения: «Маме грубить нельзя». Сказочный антураж с волшебником и чудесами – всего лишь правильный прием в подаче этой истины малышу.

Слой более глубокий – разговор о том, что такое прощение. Нужно ли просить о прощении? Кажется, автор четко говорит «да». Но, копнув чуть поглубже, маленький читатель понимает, что речь идет не об уже известной ему лицемерной формуле «прости-меня-пожалуйста-я-больше-так-не-буду», произносимой на одной ноте и лишь ради того, чтобы родители поскорее отвязались. Такое прощение действительно просить очень легко. Но оно и ничему не учит. Автор пытается показать ребенку, что прощение – это в первую очередь проживание и осознание последствий своего поступка. Так мальчик после ссоры с мамой остается один. Для маленького ребенка это что-то совершенно невыносимое, граничащее с катастрофой! Старая Лошадь, приютившая мальчика в своем доме, в разговоре с ним поднимает эту очень тяжелую тему об одиночестве. «Зачем жить, если ты никому не нужен?», – спрашивает Лошадь Васю. Этот слой книги будет понятен уже ребятам постарше и может стать отправной точкой для большого разговора о важности общения, о близких людях, о заботе, взаимопомощи и принятии другого человека.
              
Взрослый читатель в этой прекрасной книжке найдет замечательный урок мудрости и терпимости, умения вовремя отпустить ребенка, дать ему свободу выбора и действий. Мама Васи не «встала грудью» у двери, не оскорбила сына бессмысленными запретами, угрозами и низким шантажом. Она подарила ему бесценную возможность всё понять самому!

А еще эта книга ‒ о доме и об умении ждать. И, само собой, о ценности семьи, о важности добрых отношений с родными. Мама Васи на протяжении всего повествования, несмотря на взаимные обиды, незримо находится рядом со своим сыном. Она остается таким теплым маячком, постоянно вспыхивающем в памяти во время его поисков «идеальной» мамы. Дом – это тот остров в бездонном жизненном океане, где тебя всегда ждут, всегда согреют, поймут и примут таким, какой ты есть. Этот посыл очень важен маленькому читателю. Но и это еще не все.

На самых последних страницах книги Вася все же получает лошадку-качалку. В нее превратилась старая Лошадь, которая привезла замершего мальчика домой. Зачем автору нужен был этот, не совсем понятный с «педагогической» точки зрения, штрих («потакаем капризам»)? Но ведь это так понятно каждому ребенку! Мечты должны сбываться. А исполнение даже самой маленькой мечты – это прелюдия к счастью. Именно это и есть основная задача, поставленная Софьей Прокофьевой в книге «Не буду просить прощения!» – научить ребенка быть в согласии с собой и своими близкими. Потому что именно это и есть счастье.


Юлия Бебехер


Комментариев нет:

Отправить комментарий